я много чего слышал.
— Его сестра убита имперскими офицерами, во время атаки на Землю, а первый секретарь райкома, тогда вообще подвизался в другом районе, а должность занял, за две недели до возвращения Турсунова из армии.
— А КГБ эту тему копало? — уточнил я. — Парню явно кто-то насвистел в уши.
— Смеёшься? Они только два года устанавливали, куда вся эта компашка бежала. Но я тоже про это подумал и дал команду нашим, пощупать, что там было на самом деле. Хоть нам не поможет, но преступление, как ни крути, налицо.
— А последняя кто у нас?
— Будешь смеяться, но Анна Максимовна Леонидова, простая девочка-пацифистка. Демонстративно отказалась служить в армии. Ну её также демонстративно посадили на четыре года. У нас с этим строго. Была бы парнем, так вообще семь лет с пола бы себе подняла. Зачем она им, да и они ей, неясно.
Я пожал плечами.
— Может быть, красивая? Кто-то из этих в неё влюбился. На фотографии бы, кстати, поглядеть. Возможно, видел, хотя такую компанию, даже по описанию сложно пропустить.
— Да были… А точно! Я их Зотовой показывал, а потом в ящик стола убрал.
Кравцов порылся в столе и вытащил пачку фотографий и сигареты.
— Вот рассматривай, — бросил он мне их закуривая. — Я тебе пока расскажу, куда они делись. Ты не поверишь, но они нашли имперский звездолёт, который наши сбили совершенно случайно. Тот летел над Китаем в невидимом режиме и также рухнул на землю. Местность там была глухая, север, как-никак, вот никто его и не нашёл. Из всего экипажа выжил только Видрих, который, как мы подозреваем и навёл их на звездолёт.
Я внимательно рассматривал фотографии. Потом отложил их в сторону.
— Сейчас этот корабль называется «Каньяр», — медленно сказал я. — Старший лейтенант Наумов, называет себя Джастином Строгановым, Маргариту Архарову он представил, как Джейн Гончарову, Эванс и Турсунов представились как Агилар и Касерас, а медсестру он назвал Изабеллой Олейничак. Имперца и девочку-пацифистку я не видел, возможно, сидели по своим отсекам. У них фрахт Эквадора и гражданство США, второе, скорее всего, поддельное.
Сигарета выпала изо рта Кравцова и упала ему на штаны. Да, умею я производить впечатление. Однако капитан скоро вышел из ступора, вскрикнул — видно сигарета, прожгла ему штаны и обожгла кожу. Затушив её, он потянулся за телефоном.
— Товарищ Тихонов. Вы срочно нужны в моём кабинете, — сдавленным голосом произнёс Кравцов.
Полковник примчался через несколько минут.
— У вас всё в порядке? Все живы?
За его спиной тенью маячила Ольга Зотова.
— Да, всё нормально, — всё тем же голосом отозвался капитан. — Но вот товарищ Кирьянов утверждает, что он встречал бывшего старлея Наумова…
— В системе Гарьерга, в конце апреля, — подсказал я. — После миссии на Новом Род-Айленде мы едва не наскочили на их корабль и чуть было не вступили в бой. Но, помогли переговоры.
— По словам Валерия Алексеевича, сейчас Наумов называет Джастином Строгановым, тем самым человеком…
— На которого сориентированы с десяток наших агентов на Гарьерге, — кивнул Тихонов.
Он вытащил откуда-то стул и уселся рядом с нами, достал сигарету и закурил. Мы последовали его примеру.
— Удивительный ты человек, Валера, — наконец высказался он. — Помяни моё слово, быть тебе или генералом или расстрелянным.
Он подумал, смоля сигарету, а потом хлопнул по столу, приняв решение.
— Вот что Михал Петрович, отложи ты это дело, пока в сторонку и займись чем-нибудь другим. А мы покумекаем.
А я не забыл имя-отчество. Я его и не знал.
— Да не вопрос. А если задумаете передать его в отдел специальных операций, так я только благодарен вам буду.
— Зачем передавать дело? — наморщила лоб Ольга. — Не проще ли попросить Кирьянова выманить этого самого Наумова со всей его шайкой и в наручники.
— И в лагеря, — фыркнул Тихонов. — Нет, Ольга Николаевна. Наручники и вернуть на Землю следовало дезертира и бывшего старлея Наумова. Пиратского вожака Строганова мы будем обрабатывать по-другому.
— Пиратского вожака? — не понял я.
— Да это в управлении у Кунцева остряки сидят, — усмехнулся Тихонов. — Всю эту шарашку, которую Строганов собирает сейчас на Гарьерге, назвали космическими пиратами, хотя по большому счёту они контрабандисты и немного мародёры.
Моё правое ухо слегка запульсировало. Это рвалась на связь Диана, у которой явно что-то случилось.
— Простите, — извинился я перед собеседниками. — Ди, что у тебя?
Кравцов удивлённо вскинул брови, но Тихонов слегка мотнул головой, мол всё в порядке, не обращай внимания.
— Посмотри ещё раз фотографию Анны Леонидовой, — сказала она.
Я взял фото и поднёс его совсем близко к глазам.
— Возможно, у неё один из нас, — сообщила девушка. — Но точно сказать не могу…
— Тогда молчи, — буркнул я, но из сознания её не стал убирать и обратился к Тихонову. — Анатолий Степанович, нам бы побольше узнать про эту девушку.
— Что с ней не так? — сразу спросил он.
Я пожал плечами.
— Ничего точного, но Диана настаивает на подробном изучении. По нашим давним разработкам.
— Понял. Ладно Михал Петрович, ты нас прости, что так отвлекли…
— Всегда бы так, — вздохнул следователь, когда мы покидали кабинет, забрав несколько коробок с материалами по делу беглецов из алтайского лагеря.
Дотащив коробки и, поставив их в дальнем углу, мы с Тихоновым посмотрели друг на друга.
— Да кто вообще такая эта Диана, почему у вас странный способ связи? — открыла рот Зотова. — На вид она обычная школьница, но отношение к ней, как к ценному сотруднику.
Мы посмотрели на неё и снова друг на друга.
— Ольга Николаевна, — мягко начал Тихонов. — Вы только что, в самых резких выражениях, отказались участвовать в операции «Фараон», так зачем вам знать внутренние секреты группы?
— Могу помочь. Я готовилась к работе на Гарьерге, у меня там есть связи и один из агентов…
— Товарищ Зотова, вы можете быть свободны, — холодно приказал Тихонов. — Мы обратимся к вам за консультацией, если потребуется.
Ольга Зотова побледнела.
— Но товарищ полковник, я в Гарьерге хорошо разбираюсь… это моё направление.
— Я, мне, моё… — пропел я, песню «Битлов» и Тихонов ухмыльнулся.
— Товарищ старший лейтенант, покиньте помещение, — сказал он совершенно официальным голосом. — Я вижу, мы совершили ошибку, отозвав вас из отпуска слишком рано. Сейчас мы закончим с Кирьяновым, и я подпишу вам ещё месяц отдыха, а в это время кадровый отдел будет думать, куда вас перевести.
Зотова успокоилась и даже улыбнулась, но полковник Тихонов не был бы самим собой, если бы не добил.
— Исходя из той истерики, что вы здесь устроили, я буду рекомендовать вас на работу в штабе или преподавательскую деятельность. Я думаю,
